![Татьяна Бакоцкая (справа) с украинскими беженцами в Ольштыне](https://lithuaniatribune.com/wp-content/uploads/2023/06/Татьяна-Бакоцкая-справа-с-украинскими-беженцами-в-Ольштыне-678x381.jpg)
После начала полномасштабной войны из Украины выехало более 17 миллионов человек. Столько же людей живет, например, в Нидерландах или Эквадоре. Сайт Верховного комиссара ООН по делам беженцев сообщает, что только страны Европы приняли около восьми миллионов украинцев. Первенство в этом перечне государств занимает Польша, где согласно последним данным, проживает около двух миллионов беженцев из Украины. Читайте вторую часть этой статьи здесь
Польша
То, что украинцы выбирают соседнее государство, обусловлено многими факторами. Главный из них – территориальная и ментальная близость, а также искренняя поддержка, которую поляки оказывают им. Об этом свидетельствует информация Польского экономического института, согласно которой в только в Варшаве в начале 2023 года зарегистрировались для временной защиты около 100 тысяч беженцев из Украины. Немало украинцев обустроились в Кракове, Вроцлаве и Познани.
Журналистка Татьяна Бакоцкая из Николаева – одна из тех, для кого Польша стала вторым домом. Год назад она выехала из-под обстрелов с двумя детьми в Ольштын, столицу Варминско-Мазурского воеводства.
![](https://lithuaniatribune.com/wp-content/uploads/2023/06/Татьяна-Бакоцкая-больше-года-живет-в-польском-Ольштыне-1024x768.jpg)
– Мы живем в хостеле, слава Богу, нам продлили срок легального пребывания в этом жилье, – говорит она. – Польский закон защищает семьи, где есть дети до трех лет, а моей дочке исполнился годик. Хозяева не имеют права выселить их, а суд всегда будет на стороне такой семьи. Поэтому поляки не очень охотно принимают мам с малышами. Есть риск, что такая женщина не сможет работать, а значит, не будет дохода, чтобы оплатить аренду.
Для Ольштына с населением в 140 тысяч наплыв беженцев из Украины стал непростым испытанием. Только в прошлом году их проживало до 30 тысяч в хостелах, предоставленных местными властями. Это ощутимая нагрузка на бюджет и инфраструктуру города, учитывая бесплатное проживание и питание для людей из Украины. Например, один день проживания семьи из трех человек обходится городу от 120 до 360 злотых (от 29 до 86 долларов США соответственно).
Сейчас беженцев стало меньше. Кто-то переехал в другие страны, кто-то вернулся в Киев.
– Недавно появилась информация, что с 1 марта нужно будет платить минимум 1200 злотых в месяц с одного человека за проживание в хостелах, – рассказывает Татьяна. – Маме с двумя детьми в таком случае нужно заплатить 3600 злотых при средней зарплате 3000 злотых. Я работаю и могу заплатить такую сумму. Но многие из моих соотечественников не работали, они запаниковали и в середине – в конце февраля вернулись в Украину.
Татьяне возвращаться некуда. Район, где она жила, стал одним из эпицентров боев за юг Украины. Там разрушена инфраструктура, с апреля нет воды, территория заминирована, велик риск пострадать от взрывов боеприпасов. Она обратилась к президенту города Ольштын и объяснила, что после гибели мужа на фронте оказалась в критической ситуации.
– Пришлось собирать документы, в том числе из воинской части, где служил муж, свидетельства о рождении детей, справки о доходах и другие бумаги, – рассказывает журналистка. – Комиссия рассмотрела мое обращение и разрешила жить в хостеле до 23 августа, поскольку Польша пока не продлила временную защиту для украинских беженцев. Однако появилась информация, что Сейм одобрил решение продлить разрешение до 4 марта следующего года.
А тем временем ситуация в Польше динамично развивается. Часть беженцев уезжает, часть приезжает, хоть и не в таком количестве, как год назад. Людям, прибывшим в октябре или позже, помогают ООН, Красный Крест, РАН (Польская акция гуманитарная). Также есть программа Diakonie, которая оказывает финансовую помощь лицам, прибывшим с территории Украины, независимо от национальности. По всему региону на участие в этой программе зарегистрировались 10 тысяч человек. Но помощь получит только каждый четвертый.
В Ольштыне с начала полномасштабной войны украинским беженцам помогают работники Федерации общественных организаций FOSа. Они внедряют один из наиболее комплексных проектов поддержки украинцев в Польше. Помощь оказывают по разным направлениям: трудоустройство, поиск жилья, консультации специалистов (юрист, бизнес-консультант, психолог, переводчик, диетолог и т.д.), курсы польского языка, тренинги и курсы, которые помогут получить необходимые для трудоустройства компетенции. Для детей проводят групповые занятия с аниматорами, культурно-развлекательные мероприятия. Программа финансируется Фондом труда. Стоимость проекта – 1 млн 200 тысяч злотых.
Татьяна Бакоцкая работает в этой организации переводчицей и не скрывает радости, что наша близких по духу людей.
– Для меня Федерация FOSа – это вроде Польша в миниатюре. Не имея в этой стране ни родственников, ни друзей, мы не чувствуем себя бездомными, – признается она.
По ее словам, приехавшие первыми беженцы воспользовались помощью различных фондов. Например, семья из трех человек могла получить до 20 000 гривен (около 545 долларов США) в месяц из одного источника. Сейчас появилась унифицированная система, способная проверить, получал ли человек помощь от других фондов и организаций.
– Мы смогли получить помощь от ООН через два месяца. На третий месяц денег на всех не хватило, – объясняет моя собеседница.
Тем не менее, несмотря на кризис и очевидные сложности, Польша продолжает помогать украинским беженцам. Во время встречи по случаю годовщины полномасштабного российского вторжения в Украину практически все чиновники и общественные деятели пообещали единодушно, что содействие будет продолжаться.
Норвегия
После начала полномасштабного российского вторжения в Украину Норвегия переживает настоящий иммиграционный бум. Там и до войны в Украине активно искали пристанище выходцы из стран Европы, Азии и Африки. А в 2022 году, согласно данным Управления по вопросам иммиграции, Норвегия получила 40 750 заявлений о предоставлении временной коллективной защиты. Львиная доля просителей – украинцы (34 787). Есть также представители Сирии, Афганистана, Эритреи и России.
В Норвегии насчитывается 356 коммун, однако беженцев принимают не везде. Каждая коммуна может принять определенное количество людей и ни одним человеком больше. Если все места заняты, просителям отказывают.
Чтобы получить пристанище, необходимо зарегистрироваться в Национальном центре прибытия и регистрации беженцев, говорит украинка Вита Атаманчук. Несколько лет назад она переехала в Сунндаль – муниципалитет в регионе Нордмере, расположенный в северо-восточной части графства Мере-ог-Ромсдал. Административный центр муниципалитета – Сундальсора. Это провинциальный промышленный городок с населением до 10 тысяч человек. Среди них более 200 – украинцы.
![](https://lithuaniatribune.com/wp-content/uploads/2023/06/Вита-Атаманчук-активно-работает-в-Украинской-ассоциации-в-Норвегии-1024x768.jpg)
В Сундальсоре есть распределительное общежитие, где приехавшие украинцы временно живут в ожидании получения социального жилья. Кроме того, есть те, кто получил вид на жительство.
– Сейчас приезжают люди, в основном, из восточных и южных регионов Украины: Запорожья, Донецкой, Луганской, Херсонской областей, – рассказывает Вита Атаманчук. Она входит в организационный комитет Украинской ассоциации в Норвегии, которая имеет представительства в различных городах. Это сообщество активно помогает Украине, привлекая норвежский партнеров для волонтерской помощи в различных направлениях: от медицинского оборудования до транспорта и продуктов питания.
– Особенно много украинцев приезжают из стран, куда они выехали в начале войны: Польша, Испания, Германия. Они получают право на проживание, их дети начинают ходить в школу, взрослые идут на специальный норвежский курс. Ожидается, что в следующем учебном году местные школы пополнятся 40 украинскими учениками. Беженцы из африканских стран, Сирии, Турции проходят интеграционную интродьюс-программу за три года. Украинцам дается только полгода, – рассказывает Вита Атаманчук.
Нужно учитывать, что граждане Украины в Европе имеют статус временной коллективной защиты. Он дает право на обучение, после которого люди могут искать работу или же получать государственные социальные выплаты.
![](https://lithuaniatribune.com/wp-content/uploads/2023/06/Маленькие-украинцы-нашли-убежище-от-войны-в-Норвегии-1024x768.jpg)
– Пока что ясности в этом вопросе нет, поскольку решения правительства слишком изменчивы и сложно предвидеть, что будет через полгода или год. Украинцы, получившие коллективное убежище более года назад, автоматически получили продолжение срока пребывания еще на один год, – продолжает Вита Атаманчук.
Относительно суммы помощи она уточняет: те, кто проживают в распределительном общежитии, получают значительно меньшую сумму на питание и прочие потребности. Этих денег хватает на оплату жилища и покупку продуктов.
Украинка Александра Якункова нашла работу по специальности еще до начала интродьюс-программы.
– Раз в неделю я ездила в 80 км на работу, – делится она в одном из пабликов в соцсетях. – Зарплата была почти 200 крон в час, минус налоги. В этом году налоги вернули, потому что заработок был очень маленький. Контракт был на полгода, все, что я заработала, государство вычислило из социальных выплат. Возможно, этот факт не очень мотивирует, но у меня уже есть полгода опыта работы в Норвегии, и меня уже ждет контракт на новый сезон. Сейчас я продолжаю обучение на интродьюс-программе, начинаю языковую практику, которую нашла сама и буду совмещать это с работой.
Вторую часть статьи можно найти здесь
![Spaudos, radijo ir TV rėmimo fondas](https://lithuaniatribune.com/wp-content/uploads/2023/01/SRT-Fondas-1.jpg)
Be the first to comment